Все процедуры
Узнать цену
Задать вопрос
Личный кабинет

Из истории медицины. Жизнь замечательных врачей. Амбруаз Паре

«Глупо было бы отнимать жизнь у протестанта, который может спасти жизнь многим католикам», - так оправдывал Карл IX спасение своего хирурга Амбруаза Паре в Варфоломеевскую ночь (24 августа 1572 года). Среди ночи королевский гонец примчался к Паре с призывом безотлагательно явиться к королю. Карл IX собственноручно укрыл хирурга в гардеробной королевского дворца, указав сидеть тихо. Всю ночь Амбруаз Паре терялся в ужасных догадках о происходившем на улицах по крикам, звукам выстрелов и отчаянному колокольному звону, сопровождавшему жестокую резню гугенотов католиками.

Рожденный ок. 1510 года, Амбруаз Паре был прилежным и тихим ребенком. Его небогатые родители решили дать сыну «надежную» профессию, которая обеспечит юношу на всю жизнь. Так, еще отроком, он попал в подмастерья к цирюльнику. В то время цирюльники были по совместительству хирургами, поскольку Латеранский собор, созванный в 1215 году, запретил духовенству заниматься хирургией. Таким образом, врачи были отнесены к высшему сословию, а хирурги принадлежали низшей касте. Хирурги не имели права голоса в таких решениях, как проведение операции или назначение внутрь лекарств, всё решал врач, под присмотром которого проходили любые вмешательства и назначения.

Итак, Амбруаз Паре, поступив в обучение к цирюльнику, обучился и хирургической специальности. Классического медицинского образования в университете он не получил, постигая врачебную науку собственным прилежанием, усердием и устремленностью. Поступив в низшую медицинскую школу в Париже и увлеченно занимаясь, он обратил на себя внимание, и его взяли подмастерьем-цирюльником в известную парижскую больницу «Божий приют» Отель Дьё (Hotel-Dieu). Там, за недолгое время, он освоил оперативные вмешательства и стал виртуозным хирургом.

Еще несколько лет Паре прослужил в армии военным хирургом, где проявил свои лучшие врачебные качества. Сдав экзамен на «мастера цирюльника-хирурга», он остался в войсках и участвовал в нескольких военных походах. Немалое время уделяя изучению анатомии и преуспев в этой науке, Паре вернулся в парижскую больницу, где он начинал свой путь, уже в качестве главного хирурга. Его имя становится широко известным, и вскоре сам король приглашает его на должность личного королевского хирурга.

Амбруаза Паре по праву называют основоположником хирургии. Его вклад трудно переоценить. Он был новатором в методе обработки пулевых ранений. До него раны заливали кипящим маслом, а ампутированные конечности окунали в кипящую смолу для обеззараживания и остановки кровотечения. Больные испытывали страшные мучения и часто умирали от болевого шока или инфицирования ран. Амбруаз Паре начал делать повязки, пропитанные смесью яичных желтков, розового и терпентинного масла (по другим данным – скипидаром). Результат был положительный, больные не мучились, и скоро прижигания ран каленым железом и расплавленным масло стали применять все реже. В 1545 году Паре издал книгу об огнестрельных ранениях, в которой доказывал, что они относятся к разряду ушибленных, а не отравленных пороховым веществом, как считалось раньше.

Кроме обеззараживания ран, Паре открыл метод лигатуры – перевязки сосудов во время операций или ампутаций. Пинцетом сосуд вытягивался наружу и перевязывался льняной нитью при помощи особой иглы. При повторном кровотечении сосуд перевязывался вместе с окружающими тканями, а для сохранения артериальной стенки использовался матерчатый валик. Мелкие кровеносные сосуды Паре подвязывал непосредственно во время операции.

Паре совершил много открытий в ортопедии, разработав сложные ортопедические аппараты, искусственные конечности и методы вправления переломов. Именно он первым в медицине описал перелом шейки бедра. Пострадав сам от перелома «обеих костей левой ноги на 4 см выше сустава стопы», он полностью восстановил функциональность ноги и прошел в военных походах всю Францию. Среди заслуг Паре стоит также упомянуть усовершенствование многих хирургических инструментов и изобретения новых. Он также занимался лечением женских болезней, а в акушерстве вернул из забытья «поворот на ножку», что спасало жизни и рожениц и младенцев.

Врачи с университетским образованием не могли не заметить набирающего известность и славу скромного провинциального хирурга. Делая упор на его необразованность, они высмеивали печатные работы самоучки, написанные на французском языке вместо общепринятой в медицине того времени латыни. Его коллеги по цеху возмущались грубостью описаний на французском языке и вульгарностью названий интимных мест. Тогда считалось кощунством использовать в «возвышенной» медицине простой язык. К тому же, это было посягательством на авторитет древних врачей и неуважением традиций. Естественным образом против Амбруаза Паре ополчились университетские умы. А приверженность Паре протестантизму только усугубляла его положение. Посыпались обвинения в чернокнижии.

Надо отметить, что разделение врачей и хирургов ни в коем случае не свидетельствует о необразованности последних. Напротив, практикующие хирурги зачастую были более образованны и напитаны знаниями, нежели их университетские коллеги-теоретики.

Как ни странно, но именно успехи Паре на врачебном поприще позволили назревающему конфликту сойти на нет. В конце концов, вклад Амбруаза Паре в медицину был признан и оценен даже университетскими скептиками и недоброжелателями. Распространившаяся слава сделала его королевским хирургом. Амбруазу Паре обязаны Генрих II, из которого он извлек остаток копья Монтгомери, а также герцог де Гиз, из головы которого он доставал копье, адмирал Де Колиньи, которого он оперировал накануне Варфоломеевской ночи.

Наряду со службой в королевском дворце, Амбруаз Паре продолжал принимать пациентов из народа в больнице Отель Дьё, где он когда-то начинал свой путь. В народе отмечали его скромность. Когда вмешательство проходило удачно, он приговаривал: «Я его перевязал, а исцелил Господь».

Амбруаз Паре во многом шел наперекор устоям и традициям. Но именно его практический опыт и страсть к познаниям, профессиональная любознательность и пытливый ум открыли дорогу к научным методам Нового времени, оставив позади средневековые предубеждения и схоластические домыслы.