Все процедуры
Узнать цену
Задать вопрос
Личный кабинет

Да Винчи от хирургии: «Мне повезло с Учителями»

Клиника Профессора Пенаева удобно расположена вблизи метро Аэропорт. Небольшая и комфортная, она создает ощущение домашнего уюта.

Арслан Агаевич Пенаев – гордость отечественной пластической хирургии. Известность ему принесло виртуозное владение методикой липотрансфера, в частности, знаменитой Берлинской техникой липофилинга груди BEAULI.

Получив блестящее образование у легендарных светочей хирургии, Арслан Агаевич пошел по стопам своих родителей – хирургов.

— ­ ­­­­­­­­­­­­­­­­­Арслан Агаевич, Вы закончили Туркменский Государственный медицинский институт. Почему Вы решили сделать медицину своей профессией? Когда это произошло?

А. А. Пенаев: Туркменский Государственный медицинский институт – это институт с хорошими традициями. У меня были достойные учителя - профессора и руководители кафедр со своими научными школами и сильными теоретическими базами. После института я попал на кафедру факультетской хирургии. Заведующим кафедрой был тогда знаменитый хирург профессор Роберт Александрович Тащаков, ученик академика Петровского Б. В. и профессора Ванцяна Э. Н., легенд отечественной хирургии. (Для справки: Петровский Борис Васильевич - крупный советский и российский хирург, учёный и клиницист; организатор здравоохранения и общественный деятель. Доктор медицинских наук, профессор Ванцян Эдуард Никитич – выдающийся хирург, член-корреспондент АМН СССР).

Но главным моим учителем был отец. Оба моих родителя – хирурги. Поэтому я себя не представлял вне медицины.

— То есть хирургия у вас наследственное?

А. А. Пенаев: именно так. Первую операцию я провел под руководством отца. Будучи студентом, приходил к отцу на дежурство и учился у него. Сначала общей хирургии.

— Как вы стали пластическим хирургом?

Интерес к пластической хирургии возник под влиянием Мятиева Хемры Базаровича, видного хирурга в области пластической, восстановительной, реконструктивной хирургии. В свое время он защитил диссертацию в институте им. Вишневского. И много мне рассказывал об этой области хирургии, это была моя любимая тема, и я его все время расспрашивал. Так однажды я поехал на факультет усовершенствования врачей в институт хирургии им. Вишневского и встретил двух знаковых для себя людей – известных ученых, профессоров В. М. Гришкевича и В. Ю. Мороза. Эти два человека создали меня в пластической хирургии. Мне повезло с Учителями.

— На чем вы специализировались?

В основном я работал с последствиями ожогов и травм в пластической реконструктивной хирургии. Интернатуру я проходил на кафедре факультетской хирургии Туркменского государственного медицинского института. Затем работал на кафедре факультетской хирургии. Это была хорошая школа. Потом, в 1993 я поступил в аспирантуру института им. Вишневского. Закончил ее и остался в аспирантуре. А через 6 лет защитил докторскую диссертацию. Меня пригласили заведовать отделением пластической хирургии поликлиники управления делами президента. Это было с 1999 по 2007 год. Потом я работал в Национальном Медицинском Сервисе, в МИДовской поликлинике, в Ла Страде, в таких центрах.

— Как создавалась Ваша клиника? Какая у неё история?

Пришло понимание, что новые технологии требуют современного оборудования иного уровня. Однако, прогнозировать результаты от применения нового аппарата очень сложно. Поэтому не всегда руководство того или иного медицинского центра видело целесообразность покупать «кота в мешке» в виде аппаратов, которые еще не признаны.

Хирургическое сообщество, ввиду консервативности медицинской науки настроено скептически к нововведениям. В 2009 к липотрансферу еще не было положительного отношения. (Для справки: липотрансфер – метод пересадки жировых тканей пациента в требуемые наполнения зоны). Мои доклады по уже накопленному опыту вызывали острейшие дискуссии. Особенно, учитывая, что в 1987 году Американское общество пластических хирургов не рекомендовало применение липотрансфера. Через 20 лет оно все же признало безопасность этой методики. Однако, за предшествующие годы произошло много дискуссий и битв. Признание пришло вместе с развитием метода. Сегодня липотрансфер очень популярен. Но у этой популярности есть обратная сторона. Недостаточное владение методом, несоблюдение протоколов приводят к тому, что собственные жировые ткани пациента рассасываются полностью, и результат операции сводится на «нет». Что, конечно же, сильно дискредитирует методику. (Для справки: медицинские протоколы – это набор правил и алгоритмов при работе с определенной методикой).

Арслан Агаевич подробно рассказал, почему для правильно проведенной операции по липотрансферу необходимо строгое соблюдение технологии. Дело в том, что после вакуумной липоаспирации жир остается мертвым, даже если традиционно обрабатывается центрифугированием. И это главный камень преткновения.

— Разве некому обучать наших специалистов усовершенствованной методике липотрансфера?

По липотрансферу написаны тома монографий. Заграницей проходят обучающие семинары. Однако на обучениях наших людей немного. Со всего мира есть, а наших очень мало. Я обучался в Берлинской клинике лично у доктора Uberreiter самой современной, эффективной и безопасной методике липофилингу груди BEAULI. Дословно — «берлинский метод увеличения молочных желез с помощью липотрансфера». Это методика забора и пересадки жира с помощью аппарата для проведения ультразвуковой липосакции Vaser и аппарата для сбора жира Lipo-collector 2.

— Вас называют гуру техники липотрасфера. Вы передаете свой опыт и умение?

Конечно, передаю. Ко мне приезжают коллеги, я им показываю метод, и они применяют его в своей практике. Сейчас немного больше хирургов владеют этим методом, но все равно, не в массовом порядке.

Главное преимущество этого метода – в цитосберегающей технологии, при которой используется живой неповрежденный жир пациента.

Второе преимущество метода - в особом мягком очищении липоаспирата (особым образом подготовленные к пересадке жировые ткани. Прим. корр.). Очищение проходит методом декантации (с добавлением физраствора) и при помощи липоколлектора с тонкими фильтрами. Получаемый чистый жир по вязкости равен жидкому филлеру, так он не дает эффекта комкования.

Третье важное отличие метода – это специальная методика введения с помощью тонких и мягких канюль, так называемое прецензионное, или точное введение, с совершенно незаметными местами прокола.

Коэффициент приживаемости жира – 78% - 80%. Это очень высокий результат. Жир остается в теле пациента навсегда и ведет себя аналогично обычному жиру, то есть увеличивается или уменьшается в размерах.

Для максимально естественного результата профессор Пенаев применяет органосохраняющий принцип – жир вводится в подкожно-жировой слой и в мыщцу. В железу жир не вводится. При этом порции введения очень маленькие, жировыми кластерами (cluster-англ. скопление, кисть, рой, объединение нескольких однородных элементов) при низком давлении. Такое введение обеспечивает хорошее распределение в тканях и совершенно натуральный эффект.

От этих маленьких деталей зависит блестящий результат операции, он обеспечивается самой современной технологией и соблюдением протоколов.

— А как вы относитесь к авторским методикам?

Я считаю, что успех - за научно разработанными методиками, имеющими доказательную базу и мировой опыт применения.

Надо понимать, что эффективность методики обусловлена и уровнем исполнения. Степень владения мастерством определяется школой хирурга, заложенной Учителями. Важен также и подход врача, его внутренняя порядочность и принципиальность, самокритичность, стремление все сделать настолько хорошо, насколько это вообще возможно.

— Каким образом Вы добиваетесь настолько естественного результата?

Для успешного применения метода липотрансфера хирург должен быть подготовленным и провести некоторое время в липоскульптуре. Он должен понимать, как делается гравировка мышц передней брюшной стенки, создаются негативные и транзиторные зоны.

— Что такое негативные и транзиторные зоны?

Представьте себе древнегреческие скульптуры. Их тела анатомически объемны, выражена игра света и тени. Так вот, в человеческой анатомии линии сухожильных перемычек визуально формируют те самые спортивные «кубики». Наша методика позволяет «прорисовать» такие линии. Это своего рода художественный подход. Иная школа. Её еще называют 4D липосакция. Формат 3D – это статика, а 4D отражает динамику, движение.

С этими словами профессор Пенаев показал фотографии пациентки после операции липотрансфера. Это было поразительное впечатление. Тело выглядело рельефным, спортивно подтянутым и естественным.

— Арслан Агаевич, но ведь пациентка как будто просто в зал ходила. Нет никаких следов операции. Просто очень красивое тело.

Да, это как задумано в природе. Мы должны воспроизвести задумку природы. Не должно быть искусственности. У этой школы принцип все или ничего. Приходит пациент, просит сделать кубики, а с боков свисают складки. «Это, говорит он, я и в зале подтяну». Нет, так не получится. Для наилучшего эстетического результата нужна липосакция 360 градусов. Мы ведь не просто убираем жир. Его потом надо добавить в определенные зоны для спортивного вида. Например, в трицепсы и бицепсы или сформировать пресс на животе . Не должно быть искусственности.

— Подтянув и преобразив тело в «Клинике Профессора Пенаева», как пациенту вести себя дальше в жизни?

У пациента должно быть понимание, что это ключ к здоровому образу жизни. Теперь придется заниматься собой и, может быть, даже вдвойне заниматься.

— Не уйдет ли жир?

Нет, за счет хорошей приживаемости в мышцах он будет играть только положительную роль. Если пациент будет его высушивать, жир будет уходить, но заменится мышечной массой, которая будет приходить. Человек должен полюбить свое тело. Это не протез навечно. Мы дали некий целеуказатель на дальнейший путь. Моя цель – создать красивое тело, показать человеку, каким его задумала природа.

Простое удаление жира - это не самоцель, надо чтобы пациент увидел себя новым и развивался. Если он начал снова объедаться, и думает, что может прийти и повторно сделать липосакцию, так не пойдет. У человека должны произойти изменения не столько в теле, сколько в голове, мы ему показываем, каким он может быть.

Мы увидели снимки пациента до операции и через три года после. Это было два разных человека. Второй – более позитивный и легкий, подтянутый. Он стал заниматься собой после операции, ходить в спортзал, правильно питаться. Даже выражение глаз стало другим, более волевым и уверенным.

— Что Вы думаете о зависимых от пластики людях?

Пациент, который говорит перед операцией «я боюсь», это человек с нормальной физиологической реакцией. Хирург должен бояться пациента, который ничего не боится. Зависимого пациента сразу видно. Его ожидания выше наших возможностей. Но мы обещаем только реальные результаты. Даже немного меньше, чтобы у пациента был wow-эффект.

— Благодарю Вас за познавательную беседу, Арслан Агаевич, желаю Вам благодарных клиентов, и до новых встреч!

Беседу вела Ольга Базилевич для сайта medgel.ru