Статьи Все процедуры
Узнать цену
Задать вопрос
Личный кабинет

Ринопластика и септопластика должны проводиться вместе

Какой должна быть ринохирургия? Должен ли пластический хирург владеть ЛОР-специализацией? И другие не менее важные аспекты работы с нами обсудил кандидат медицинских наук, пластический хирург и руководитель клиники «Шарм» Гайк Павлович Бабаян.

Вопрос: На каких операциях Вы специализируетесь?

Ответ: Обобщенно можно сказать – эстетические операции. Больше всего обращений по пластике носа, потом если по количеству смотреть - идет увеличение груди, подтяжка лица, веки – верх и низ, липосакция. Обращаются и по поводу абдоминопластики, уменьшению груди. Я называю по убыванию.

Вопрос: Меняются ли предпочтения пациентов в связи с модой? Если она существует в этой области.

Ответ: На красоту мода есть всегда. Красивое лицо, красивое тело – это всегда актуально и всегда модно. Просто иногда меняются ее параметры – если взять увеличение груди, то раньше в моде были, если можно так выразиться, большие размеры. А сейчас актуальна естественность, в основном пациентки просят размер 3, редко 3 с половиной. По носу – хотят избавляться от горбинки, приподнять. Все это критерии красивого носа, поэтому тут говорить о моде неправильно. Красивый нос – это всегда востребовано.

Вопрос: Вы получили образование как ЛОР-врач. Помогает ли это Вам во время проведения ринопластики? Необходимо ли оно пластическому хирургу с этой специализацией?

Ответ: В ринопластике это очень помогает. Я считаю, что человек, который занимается ринопластикой, просто обязан владеть навыками септопластики. А это операции, которые проводят ЛОР-специалисты. Но пациентки рассказывают, что когда они делали коррекцию внешности, то их оперировало два специалиста – пластический хирург и ЛОР-врач. Я считаю, что это неправильно. Потому что если человек работает, то он естественно должен думать о повышении своей квалификации, надо заниматься собой. И я считаю, что ринопластика и септопластика должны проводиться вместе и одним хирургом. И в основном это делается одновременно, хотя некоторые хирурги это почему-то разделают.

Вопрос: Расскажите, пожалуйста, для тех, кто не знает. Что такое септопластика и что такое ринопластика?

Ответ: Объясню: септопластика - это функциональная операция для здоровья, исправление искривлений перегородки, после нее восстанавливается дыхание. А ринопластика, многие, наверное, уже знают, это пластика носа. И эти две операции очень взаимосвязаны. Если мы делаем операцию на перегородке носа, то конечно, надо кое-что подправлять и на носу, который мы видим. И наоборот, если мы хотим сделать абсолютно прямой нос, естественно надо исправлять и перегородку, которая внутри. И опять же повторюсь: специализация должна быть общая, чтобы человек владел обоими навыками, тогда он сможет исправить кривой нос.

Вопрос: Вы являетесь основателем собственной школы по ринохирургии. Расскажите о ней.

Ответ: Она появилась, когда я уже основал клинику «Шарм», где мы сейчас находимся. Естественно основная масса пациентов была с жалобами на кривые носы, обращались в основном на ринопластику. И вокруг меня собралось много молодых специалистов. Это направление очень привлекает пластических хирургов, в первую очередь они почему-то начинают именно с пластики носа. Их было много - и начинающие специалисты, и хирурги с опытом: они начали смотреть, приходить, помогать где-то. И я почувствовал, что можно из этой команды создать группу последователей, подсказать им и показать те навыки и моменты, которые иногда даже в книгах не описаны. Кто-то даже не считает нужным об этом говорить, но для практики все это очень важно. И постепенно эта наша школа ринохирургии сформировалась. Я передавал свои знания тем, кто был готов их принять. Я не буду сейчас называть их фамилии, но многие из них сейчас уже открыли свои клинки. И они успешно работают в Москве, их многие знают.

Вопрос: Не возникают ли мыслей, серьезно начать преподавательскую карьеру?

Ответ: На серьезное преподавание мне времени не хватит. Но когда хирурги проходят повышение квалификации, есть определенные курсы, которые они проходят в целом – это курс по пластической хирургии. И на часть по ринопластике многие приходят в нашу клинику, то есть мы проводим узкую часть связанную с именно ринопластикой. Это есть и сейчас, но не в обширных масштабах, потому что мне времени на это не хватает.

Вопрос: Расскажите о своих авторских методиках ринопластики.

Ответ: Я много изучал и смотрел – и открытую, и закрытую ринопластику. Когда уже есть опыт, понимаешь, что его как-то надо анализировать для себя и избавляться от ненужных объемов операций, где-то надо сохранять то, что уже есть. Как скульпторы говорят, что избавляясь от лишнего в куске мрамора можно получить красивую форму. Я - сторонник так называемой консервативной ринопластики, когда максимально сохраняются те параметры, которые у пациента присутствуют. И это не портит лицо, а наоборот его красит. Там есть много факторов – это в первую очередь очень глубокий анализ, что мы имеем, и что хочет получить пациентка. Исходя из этого, вмешательство минимизируется. Это и время операции очень сокращает: иногда даже повторные операции занимают не больше часа. А результат мы получаем такой же, как после операций в несколько часов. Есть много снимков и свидетельств этому.

Скоро я, кстати, буду публиковать эту методику, которую называю консервативной. Суть ее в том, что сохраняя все нужное – то, что не портит лицо, а наоборот даже подчеркивает красоту – оставлять. Делать изменения минимальными и менее травматичными. Это нам дает очень короткий восстановительный период. Пациентки быстро восстанавливаются: практически через две недели отек со стороны уже не заметен. Конечно, есть индивидуальные моменты, но как правило, двух недель бывает достаточно, чтобы выйти на работу. Суть в этом. Очень важен анализ, а для хорошего анализа нужен опыт. Чтобы прогнозировать наперед любое вмешательство на хрящах (на перегородке их много), на костной части - надо прогнозировать какие изменения, к какому результату приведут. Правильное прогнозирование играет очень большую роль в получении хорошего результата.

Вопрос: Часто ли к вам обращаются по поводу повторных операций? И проблема ли это сегодня?

Ответ: Повторных операций очень много. Если считать, то сегодня практически 40% повторные обращения после различных клиник. Потому что когда мы наблюдаем со стороны, как хирург оперирует, любой - не обязательно я, это происходит очень легко и спокойно. И естественно появляется желание повторить. Но это не так легко, и повторение может привести к тому, что операция длится вместо 50 минут – 3-4 часа. И вот это непонимание как сделать так, как нужно – приводит к подобным результатам. Слишком рано многие начинают оперировать. С одной стороны самостоятельность – это хорошо, но в ринопластике кроме знаний и навыков должно присутствовать мастерство. Человек должен владеть манипуляциями. Это как в искусстве: человек может быть хорошим критиком, но не так хорошо рисовать и писать, как кто-то другой. Хирург может прекрасно удалять аппендицит и спасать жизни, но делать красивые носы - не каждому дано. Поэтому многие отсеиваются. И вообще, хороших хирургов по ринопластике не так уж много, хотя делает эту операцию целая армия. Поэтому и появляется огромная масса повторных операций.

Вопрос: Есть ли какие-то осложнения после первичных операций, которые уже невозможно исправить?

Ответ: Бывают и такие случаи. Трудно исправлять, когда после операции появляется перфорация на перегородке. Когда она большая, ее практически невозможно закрыть – правда это не несет какие-то большие проблемы для пациентов, они могут даже не догадываться об этом. Но все же это приносит определенный дискомфорт, иногда влияет даже на форму носа. А исправить очень трудно.

Когда после первой ринопластики на коже образуются рубцы, и в отличие от внутренних рубцов, которые заживают и уходят через год – так часто называют фиброзные образования, чтобы было понятнее для пациентов. Я имею в виду рубцы в виде разрезов, в виде разных вмятин – их очень трудно восстановить и воссоздать. Потому что заменить рубцовую кожу на здоровую практически невозможно. А на носу еще есть проблемы с питанием. Поэтому надо быть очень осторожным и учитывать эти проблемы при повторных операциях.

Вопрос: Вы проводите 3D моделирование носа. Расскажите об этой методике подробнее.

Ответ: Пациенты должны понимать, чего они хотят. Потому что эстетика эстетикой, но у всех разные вкусы. И иногда у пациентки могут быть такие пожелания, которые не совпадают не только с мнением хирурга, но и с общепринятыми нормами. Поэтому тут нельзя просто сделать красивый нос, надо понимать, чего хочет пациентка. Как она себя видит со стороны, когда она приходит с какими-то фотографиями и примерами – этого тоже мало. Надо понимать, какой нос ей подойдет. Поэтому есть такой вот способ – 3D моделирование. Оно позволяет увидеть себя со стороны. Мы делаем несколько вариантов, они просчитываются механически по пожеланиям. И в итоге, всегда выбирается самый естественный, в котором учитываются все параметры лица: его овал, скулы, форма глаз, расстояние между глазами. А пациентка, увидев себя со стороны, более адекватно подходит к результату.

Вопрос: Вы также выполняете операции по трансплантации волос. Насколько они востребованы? Какие методики сейчас применяются в этой области?

Ответ: Мы делали их. Но эта операция носит одну специфику: она занимает очень много времени. Поэтому я от этих операций постепенно отошел. Объясню почему: для этого нужно иметь специальную команду. У нас такая команда была, но так как мы не делали эти операции постоянно, она разошлась. Эта операция требует уделять много времени каждому пациенту. Это не сочеталось с тем потоком, который к нам приходил по ринопластике и увеличению груди – и мне пришлось это оставить. Пока я этим не занимаюсь, но владею техникой. И если кто-то из молодых хирургов ей интересуется, я готов передать им свои знания.

Эта область хирургии очень востребована, но она требуют того, чтобы человек был узким специалистом. Потому что кроме самой пересадки тут еще нужно иметь огромную базу по уходу, инъекциям и массажам для помощи пациентам. То есть для полноценной помощи необходима специализированная клиника. Только пересадки мало, надо оказывать комплексную помощь. Сначала применяются консервативные методики, потом когда они уже не помогают – делается пересадка волос, а потом послеоперационный уход. Таких пациентов ведут практически всю жизнь.

Вопрос: Вы сказали, что на втором месте по частоте проводимых операций – у вас находится маммопластика. Расскажите, какие методики Вы используете и каких результатов добиваетесь.

Ответ: К нам также часто приходят на повторные операции по увеличению груди. Мы долго думали, что с этим делать и пришли к выводу, что чаще всего проблема заключается в имплантах. И мы нашли тот имплант, который больше всего подходит для повторных операций. Что это нам дает: этот имплант должен давать меньше фактур, когда капсула сильно сжимается, возникает боль и деформируется сама железа. Наш имплант это практически исключает. Также он хорошо поднимает молочную железу и убирает так называемый птоз. А очень многие пациентки после родов обращаются именно с этой проблемой. Так что этот имплант нового поколения позволяет нам решать основные проблемы и делать грудь, несмотря на то, что первичные операции прошли неудачно.

Вопрос: Как Вы проводите реабилитацию своих пациентов? Есть ли у Вас какие-то авторские наработки на этот счет?

Ответ: Специальных разработок у нас нет, честно говоря. Но в клинике присутствуют и аппаратные методики, и инъекционные. Тут необходим индивидуальный подход: потому что некоторым пациентам ничего не нужно, у них прекрасно все заживает, и сходит отек сам. Некоторым для снятия отека достаточно пару массажей сделать, кому-то нужен более серьезный подход. У нас присутствуют все необходимые средства для восстановления в послеоперационный период. По направлениям: снятие отека, синяков и работаем с рубцами.

Вопрос: Отказываете ли Вы пациентам в операциях, и по каким причинам?

Ответ: Отказывать приходится часто. Причины могут быть разные. Иногда приходит пациентка и говорит минут 10-15, но на самом деле сама не понимает, чего она хочет. Таких пациенток я отправляю домой. «Лучше Вам разобраться самой, нужна ли Вам какая-либо операция – не важно даже какая». Есть группа пациентов, которая приходит, чтобы просто что-то сделать. Все у них нормально: нормальный нос, и придраться не к чему. А они приходят из-за моды, чтобы сказать в компании, что я тоже что-то сделала. Такие тоже бывают. Поэтому есть отказы и есть благодарные отзывы даже, что мы отказали в операции. Есть и отдельная группа людей, которым не нужны операции. Они похожи на игроманов. Мы можем им сделать даже по показаниям операцию, а потом они идут, чтобы что-то сделать и что-то постоянно переделывать. С ними тоже отдельно надо работать, чтобы остановить их хотя бы. Потому что им кажется, что каждая операция приближает их к совершенству, но это не всегда так. Им необходимо остановиться не определенном этапе.

Вопрос: Может быть, пациентам, которые не могут остановиться и страдают такой зависимостью, нужна отдельная помощь?

Ответ: Отдельная помощь нужна, и мы направляем их к специалистам. Понятно, что у нас нет такого штата, но иногда мы отправляем их к знакомым психологи, к которым мы обращаемся. Иногда мы даже их приглашаем в клинику, когда пациентки не согласны к ним обращаться самостоятельно. И была бы возможность, у нас был бы отдельный штат таких специалистов, потому что это очень востребовано. И в послеоперационный период иногда нужны психологи: не всегда изменения внешности воспринимаются адекватно, даже когда они очень удачные. Иногда нужен какой-то срок и помощь специалистов.

Вопрос: Идеальный результат после пластической операции – это…

Ответ: Идеальный результат получается тогда, когда со стороны даже близкие и родственники не замечают, что была сделана операция. Но отмечают, что что-то изменилось, что пациентка похорошела, стала лучше выглядеть и даже помолодела. И это после ринопластики, хотя эта операция не считается омолаживающей, но иногда она таковой является. У меня, кстати, даже есть идея это записать, чтобы это звучало из первых уст. У меня была одна пациентка, которой я сделал ринопластику, все замечательно. И потом они с мужем поехали к тестю. Она была замужем к тому моменту уже 14 лет, и тут тесть присматривается к этой девушке и спрашивает у сына: «а где твоя жена? И кто эта девочка?». Она настолько изменилась, что даже тесть ее не узнал. Есть подобного рода случаи. Вот это идеальный результат, когда он настолько естественный, что некоторые даже не догадываются, что изменилось, но видят что стало лучше.

Вопрос: Вы являетесь членом несколько обществ пластических хирургов. Насколько это важно для действующего специалиста?

Ответ: Всегда надо работать над собой, несмотря на большой опыт и кучу регалий. Но каждый год или несколько раз в год встречаются специалисты из разных стран и обмениваются опытом. Я три – четыре раза в год обязательно участвую в подобных конференциях, чтобы послушать, посмотреть, как решаются проблемы в других странах. Бывают очень разные форматы таких встреч. Я считаю, что каждый хирург должен обязательно в них участвовать. Потому что если хирург замкнут на себе и не растет, то через некоторое время он не сможет даже делать операции так, как делал до этого. Потому что хотя ничего не меняется в ринопластике вроде бы уже много лет, иногда какая-то маленькая подсказка или ответ на вопрос, который мучает тебя, помогает расти. И конечно, это возможность поделиться своим опытом.

Вопрос: На что надо обращать внимание при выборе клиники и специалиста? Важны ли отзывы?

Ответ: Клинику конечно надо выбирать, чтобы она полностью соответствовала всем нормативам и стандартам. Это обязательно чтобы обезопасить просто свое здоровье и жизнь. Даже заходя в клинику, человек может понять, куда он попал. Это просто случайная клиника или та, где заботятся о своих пациентах. Должно присутствовать несколько лицензий. При выборе хирурга очень важен опыт. Причем я всегда подчеркиваю, что это не опыт в годах, потому что часто молодые хирурги, путаясь с математике, пишут столько рабочего опыта, что им даже лет не хватает. Надо понимать, что у хирурга должен быть опыт именно в нужных пациенту операциях. Например, если брать ринопластику, то специалист должен делать минимум 10-12, а то и 15-20 операций в месяц. А то если человек случайно занимается этим, не всегда может быть хороший результат.

Отзывы тоже важны. Но надо понимать, что отзывы в интернете могут быть исправлены, можно написать что угодно. Должны быть отзывы живых людей. Ко мне, честно скажу, все меньше и меньше приходит случайных людей – они приходят уже по рекомендации. Опять же если в клинике нет пациентов – это настораживает. Должны быть пациенты на разных стадиях – первый день, второй день, 10-й и так далее. С ними можно пообщаться и все понять.